Потом Ишка обратила свое внимание на корову. Подошла к ней сзади и укусила ее за ляжку. Корова дернула ногой и повернула к ней рога. Тут уж Ишка показала себя подлинно страшным зверем: она вся как-то подобралась, оскалилась и так принялась колотить бедную толстуху копытами и кусать ее, что она беспомощно закрутила головой и ударилась бежать. Ишка за ней.
После этого стоило только Ишке хвостом мотнуть, как корова срывалась с места и бросалась наутек.
Ишка этого только и добивалась. Ведь у нее, в сущности, не было никакого оружия для борьбы: ни клыков, ни когтей, ни рогов, а удары ее маленьких копыт были совсем не страшные. И, если бы не ее смелость и надоедливость, всякий мог бы ее обидеть. А между тем мы видели, что Ишка держится очень независимо. Все животные относились к ней с уважением, а некоторые даже боялись ее.
Это потому, что хитрая Ишка умела скроить такую страшную мину и так стремительно бросалась на врага, что перед ней невольно отступали. Думали, наверно, как в басне Крылова:
Ай, Моська, знать она сильна,
Что лает на слона…
Первую неделю на Ишке не ездили. Мы приучали ее к себе. Ласкали, кормили сахаром и хлебом. Ишка вскоре научилась различать нас и заметно выделила в свои любимцы Юлю и Наташу.
Они целыми днями возились с ней: то стригут ей хвост, то расчесывают гриву, то чистят копыта.
Раз мы с Соней купали лошадь. Привязали ее к коновязи и обливали водой из арыка[1]. Лошади очень нравилось купанье. Правда, она косилась на ведро, когда мы размахивались, чтобы окатить ее получше, но потом, когда вода струйками скатывалась у нее по крупу, она радостно фыркала, приплясывала на месте и разгребала ногами воображаемую воду.