Как-то ночью, когда он уснул, терзаемый -этой печалью, явилась ему во сне та же самая фея, которая показалась ему когда-то в ложбинке с цветами.
И сказала ему:
- Пойди в самую глубь сада, с восточного краю Там найдешь два лавровых кустика, один - вишне вого цвету, а другой розовый. Рядом увидишь золотую мотыгу, золотой же кувшин да шелковый рушник. Возьми те лавровые кустики, посади их в добрые горшки, мотыжь золотой мотыгой, по ливай из золотого кувшина да протирай хорошенько шелковым рушником и береги пуще глазу. Когда они вырастут и вытянутся в человеческий рост, что хочешь у них проси, любое - все будет исполнено в точности.
Сказала и растаяла, будто призрак, работник ей даже спасибо сказать не успел.
Не опомнясь от чудного сна, не протерев даже глаз, побежал он в самую глубь сада, с восточного краю, да так и обмер от радости, когда въявь увидал то, про что ему фея во сне говорила. Трет глаза, ощупывает себя: а ну как он еще спит, да наяву ли все это? Уверившись, что это не ночное видение, он взял и унес лавровые кустики.
Ходил за лаврами лучше не надо, часто мотыжил золотой мотыгой, поливал из золотого кувшина, вытирал шелковым рушником и - к чему слова понапрасну тратить? - берег пуще глазу, как фея наказывала.
Лавры росли, наливались силой, будто чудом каким их тянуло. Скоро стали они совсем боль-шенькие. И такой красы, как эти лавры, никто нигде не видывал.
А как вытянулись они в человеческий рост, он подошел к одному и сказал, как фея велела:
Лаврушка, ты мой лаврушка!
Я мотыжил тебя золотой мотыгой, Поливал тебя из золотого кувшина, Вытирал тебя шелковым рушником.