— Слышали? Синьор адвокат говорит, хозяин пса обязан возместить мне убыток.
— Еще как обязан, еще как обязан, — подтвердил Пиккароне. — А тебе что сказали, не обязан?
— Нет, ваша милость, — ответил ликующий Дольчемасколо, сложив ладони, точно перед молитвой. — Но вы должны простить меня, ваша милость, за то, что я, бедный невежда, по слабости своей так долго ходил вокруг да около, прежде чем сказать, что вы, ваша милость, и должны заплатить мне за колбаски, потому как пес, что украл их, это ваш пес, Турок.
Пиккароне обалдело уставился на Дольчемасколо, затем вдруг опустил глаза и принялся читать книгу, лежавшую перед ним на столе.
Крестьяне переглянулись; Дольчемасколо рукой сделал им знак не дышать.
Пиккароне, все еще делая вид, что читает, почесал себе подбородок, покряхтел и проговорил:
— Так, значит, это был Турок?
— Могу присягнуть, синьор кавалер! — воскликнул Дольчемасколо, вскочив и прижав руки к груди.
— И ты явился сюда, — угрюмо, но спокойно продолжал Пиккароне, — с двумя свидетелями, а?
— Нет, ваша милость, — заторопился Дольчемасколо. — Просто на тот случай, если бы вы, ваша милость, не соизволили мне поверить...