- Отчего же не может?
- Оттого, что никто не играет.
- Вовсе нет-с, напротив: все играют, а ролей только еще не знают. Разве Фани не играет? Разве Никоя Семеныч не отчетливо хорош в Кочкареве?
- Они знают роли.
- И с этим я не согласен. Они выполняют роли, а прочие тоже выучат, это уж мое дело!
- Прочие даже и стоять на сцене не умеют.
- Вы очень строго судите, милый мой, - возразил Аполлос Михайлыч. - Не знаю, участвовали ли вы когда-нибудь в благородных спектаклях, но только я скажу, что это совсем другое дело, чем публичный театр. На нас будут смотреть, как на любителей, которые, для собственного удовольствия, разучили несколько сцен - и только. Вы сказали, что Осип Касьяныч, Юлий Карлыч и Мишель не умеют стоять на сцене. Это совершенно справедливо, и поверьте: я, имея это в виду, сегодня ночью придумал превосходный оборот. Мы выкинем из пиесы все сцены, где участвуют экзекутор, моряк, офицер этот и, наконец, сваха и тетка.
- Как же вы это выкинете? - спросил комик с некоторым удивлением.
- Так просто, как обыкновенно выкидывают.
- Тогда выйдет чушь, которой нельзя будет и понять, - возразил комик.