М-me Фатеева между тем села с Павлом несколько в стороне на диване. Он был почти в лихорадке: пожатие прелестной ручки m-me Фатеевой пронзило как бы электрическими иглами все тело его.
- Что же, ваша история с Постеном кончилась? - спросил он ее вполголоса.
- Давно, - отвечала она ему тоже тихо.
- Как же вы приехали к вашему мужу?
- Я сначала написала к нему... Я года полтора жила уже у матери и оттуда написала ему, что - если он желает, то я к нему приеду. Он отвечал мне, чтобы я приезжала, но только с тем, чтобы вперед ничего подобного не повторялось. В письмах, разумеется, я ничего не говорила против этого, но когда приехала к нему, то сказала, что с моей стороны, конечно, никогда и ничего не повторится, если только с его стороны не повторится.
- Что же, с его стороны и не повторялось? - спросил Павел.
- С его стороны и не прекращалось никогда, - отвечала m-me Фатеева с грустною усмешкой.
- И пьет он также по-прежнему?
- Еще больше, кажется; но, по крайней мере, я рада тому, что он соберет к себе разных дряней приятелей, играет, пьет с ними на своей половине, и не адресуется уж ко мне ни с разговорами, ни с нежностями.
M-me Фатеева остановилась и вздохнула.