- Смеялась как-то раз: "Ты бы, говорит, жену-то твою утопил в проруби. Что ты, говорит, больно ее бережешь".
- Ну, а где же ты, скажи мне, денег взял, чтобы откупиться на первом следствии?
- Тоже, ваше благородие, добрые люди помогли в том случае.
- Что же, это хозяин, которому ты в рекруты продался?
- Самый он-с, - отвечал откровенно и даже как бы с некоторым удовольствием малый. - Меня, ваше благородие, при том деле почесть что и не спрашивали: "Чем, говорит, жена твоя умерла? Ударом?" - "Ударом", - говорю; так и порешили дело!
- Что же, ты сам просил хозяина, чтобы он тебя откупил? - спросил вдруг и почему-то священник.
Ему, кажется, было не совсем приятно, что одного из самых богатых его прихожан путают в дело.
- Он сам, ваше благословение, пожелал того: "Что ты теперь, говорит, у нас пропадешь; мы, говорит, лучше остальные деньги, что тебе следует, внесем начальству, тебя и простят". - "Вносите", - говорю.
- Болтовня, братец, твоя одна только это! - проговорил священник.
- Нет, ваше благословение, верно так; всю сущую правду говорю; мне что теперь: себя я не пожалел, что ж мне других-то скрывать?