Всеми этими речами прокурор очень нравился Вихрову.
- Так следствие мое, значит, складно произведено? - спросил он.
- Очень складно! - отвечал прокурор. - Пусть они пожуют его и покусают; я очень рад, что оно - в том же роде, как и штука с судьей, так что все это мы можем вместе соединить.
- Поеду представлять ему дело, - сказал Вихров.
- Поезжайте и заезжайте, пожалуйста, оттуда сказать, что он вам будет говорить.
- Непременно! - отвечал Вихров и уехал.
Ему весело даже было подумать о том, как у начальника губернии вытянется физиономия, когда он будет ему рассказывать, как он произвел следствие; но - увы! - надежда его в этом случае не сбылась: в приемной губернатора он, как водится, застал скучающего адъютанта; сей молодой офицер пробовал было и газету читать и в окно глядеть, но ничего не помогало, все было скучно! Он начал, наконец, истерически зевать. При появлении Вихрова он посмотрел на него сонными глазами.
- К Ивану Алексеевичу? - спросил он его как-то нехотя и сам в это время позевнул.
- Да, - отвечал Вихров и тоже, по симпатии, невольно позевнул.
- Вам тоже, видно, спать хочется? - сказал адъютант.