- Ангел мой, вы мне ни разу еще не повторили того, о чем писали, шептал он ей.
- Я?.. - говорила Мари, отворачиваясь от него.
- Да!.. Но теперь, по крайней мере, скажите, что любите меня! продолжал Вихров.
- А что же? Неужели ты не видишь этого? - отвечала Мари и сама трепетала всем телом.
Вихров крепко прижал ее к себе. Он только и видел пред собою ее белое лицо, окаймленное черным кружевным вуалем.
- Мамаша! Еще щука! - кричал ребенок с носа. - Дай, эту я ударю, выпросил он у лодочника острогу, ударил ею и не попал.
- Вот, барин, и не попали, - сказал ему лодочник.
- Ну, больше уж я не буду бить, ты бей! - сказал Женя и опять принялся глядеть внимательно в воду.
Симонов стал веслом направлять лодку к другому месту. На корме между тем происходило неумолкаемое шептание.
- Ты будешь меня любить вечно, всегда? - говорила Мари.