- Тогда пусть напишет графу министр юстиции[36]! - настаивал на своем князь. - Не поручит же Егор Егорыч господину Крапчику говорить то, чего нет!
- Я нисколько не сомневаюсь в том! - произнес Сергей Степаныч и снова обратился к Крапчику:
- Какие же факты существуют, где бы граф скрыл или промиротворил чему-нибудь?
- Факты: мое собственное дело! - воскликнул с увлечением Крапчик (о, как впоследствии он раскаивался, что начал с этого проклятого собственного дела!). - В соседстве с одним моим маленьким имением, - стал рассказывать далее Петр Григорьич, - появилась года четыре тому назад эта ужасная и совершенно правительством нетерпимая скопческая ересь... Оскопителем оказался один хлыст... Я, по влиянию своему на земскую полицию, настоял, чтобы хлыста этого привлекли к следствию и уличили... А что скопцы и хлысты одно и то же, это мне хорошо известно, потому что, вращаясь беспрестанно между разными сектами, я много читал об этом и слышал рассуждения от высших духовных лиц. Хлыст этот, без сомнения, был бы осужден, ибо в доме у него происходили ихние радения.
Князь, Сергей Степаныч и Федор Иваныч все с большим и большим вниманием прислушивались к Крапчику.
- И что на этих радениях происходит, вы вообразить себе не можете! лупил тот слово в слово, что он слышал от архиерея. - На этих радениях они прежде убивали младенцев своих, причащались их кровью, потом бегали, скакали около чана.
Говоря это, Крапчик и не помышлял нисколько, что его слушает тот вельможа, который когда-то сам, если не на чисто хлыстовских радениях, то на чем-то весьма похожем, попрыгивал и поплясывал у m-me Татариновой.
Между тем бестактная ошибка его заметно смутила Федора Иваныча и Сергея Степаныча, которые оба знали это обстоятельство, и потому они одновременно взглянули на князя, выражение лица которого тоже было не совсем довольное, так что Сергей Степаныч нашел нужным заметить Крапчику:
- Это - дело, лично вас касающееся, но другие же какие дела?
- Другие-с дела? - отвечал тот, будучи весьма опешен и поняв, что он сказал что-то такое не совсем приятное своим слушателям. - Обо всех этих делах у меня составлена записка! - добавил он и вынул из кармана кругом исписанный лист в ожидании, что у него возьмут этот лист.