- Разумеется! - воскликнул радостно доктор. - Я давно это думал и, кажется, говорил вам, что из раскольников, если только их направить хорошо, можно сделать масонов.
- Нет! - отвергнул решительным тоном Егор Егорыч. - Не говоря уже о том, что большая часть из них не имеет ничего общего с нами, но даже и такие, у которых основания их вероучения тожественны с масонством, и те, если бы воззвать к ним, потребуют, чтобы мы сделались ими, а не они нами.
- Даже хлысты? - воскликнул доктор.
- И хлысты даже! - повторил Егор Егорыч.
- По грубости форм своих исканий?
- Отчасти и по грубости своей.
- А если бы молокан взять: у тех, я знаю, нет грубых форм ни в обрядах, ни в понимании! - возразил доктор.
Егор Егорыч сделал гримасу.
- У молокан потому этого нет, что у них не существует ни обрядов, ни понимания истинного, - они узкие рационалисты! - проговорил он как бы даже с презрением.
- Жаль! - сказал доктор. - Но опять вот о Пилецком. Он меня уверял, что их собрания посещал даже покойный государь Александр Павлович.