Сусанна Николаевна при этом как будто бы стыдливо покраснела.
- Я нисколько не больна и не расстроена, - произнесла она, - и непременно хочу ехать!
Муза Николаевна между тем, сидевшая все это время в углу и потихоньку плакавшая, вдруг при этом зарыдала.
Егор Егорыч сейчас же воспользовался этим.
- У тебя вот еще кто на руках: несчастное живое существо, а там одно тело... прах! - проговорил он.
- Ах, нет, - вскричала Муза, - пусть сестра едет!.. Я плачу о том, что сама не могу ехать с ней.
Егор Егорыч начал как бы колебаться, но его выручил и поддержал Антип Ильич.
- Мы панихиды и заупокойные обедни можем совершать и здесь по Юлии Матвеевне, она же все это будет знать и ведать. Прикажете идти позвать священников для служения панихиды?
- Да, позови! - разрешил ему Егор Егорыч.
Антип Ильич тогда обратился к Сусанне Николаевне.