- Позволь! - остановил ее Егор Егорыч, видимо, хотевший не уступать в благородном сподвижничестве. - Принимая какое-нибудь бремя на себя, надобно сообразить, достанет ли в нас силы нести его, и почти безошибочно можно сказать, что нет, не достанет, и что скорее оно придавит и уморит нас, как это случилось с Людмилой Николаевной, с которой я не допущу тебя нести общую участь, и с настоящей минуты прошу тебя идти туда, куда влекут твои пожеланья... Наш брак есть брак духа, и потому ничего от того не утрачивается.
- О нет, - произнесла со стоном Сусанна Николаевна, - я ничего не желаю кроме того, чтобы быть вам женой верной, и, видит бог, ни в чем еще перед вами не виновна.
- Верю! - сказал с торжественностью Егор Егорыч. - Но все-таки повторяю тебе: испытай себя, соразмерный ли своим силам берешь ты подвиг!
- Соразмерный, успокойтесь! Я сама очень хорошо понимаю, что Углаков мальчик еще, что я не должна и не могу его полюбить; но тут, я уверена в том, дьявол меня смущает, от которого умоляю вас, Егор Егорыч, спасите меня!
Проговорив это, Сусанна Николаевна упала перед мужем на колени и склонила к нему свою голову. Егор Егорыч поцеловал ее с нежностью в темя и проговорил опять-таки величавым тоном:
- Молись и вместе с тем призови в помощь к молитве разум твой! Сейчас ты очень разумную вещь сказала, что Углаков тебе не пара и не стоит твоей любви; ты женщина серьезно-мыслящая, а он - ветреный и увлекающийся мальчишка.
- Все это я знаю очень хорошо, - произнесла Сусанна Николаевна, поднявшись с колен и опускаясь на прежнее свое место.
Супруги некоторое время молчали, и каждый из них находился под гнетом своих собственных тяжелых мыслей.
- Однако, как же мне отвечать Углакову? - заговорил первый Егор Егорыч, слегка как бы при этом усмехнувшись.
- Ах, я вам надиктую! Позвольте, пожалуйста, мне это! - проговорила нервным и торопливым голосом Сусанна Николаевна.