Торжество Николина дня заключилось, наконец, тем, что Екатерина Петровна пригласила к себе в Синьково все общество приехать в будущую среду на обед.
Вследствие такого приглашения для пани Вибель возник вопрос, как и с кем ей доехать до Синькова. Ехать одной - не на чем. Отправиться с Аггеем Никитичем - это значило прямо указать всем на ее отношения к нему; так что на другой день, когда Аггей Никитич пришел к ней, она стала с ним советоваться, как лучше поступить. Аггей Никитич, с своей стороны, тоже находил совершенно неприличным ехать ей в его экипаже и придумал было нанять для Марьи Станиславовны особую тройку; но и то было как-то странно. К счастию, однако, все эти затруднения устранил откупщик, приехавший к пани Вибель с визитом и первым же делом спросивший ее, будет ли она у m-me Тулузовой.
- Непременно была бы, но вот тут какое препятствие... - объявила та и затем рассказала, в чем, собственно, состояло препятствие.
- Но как вам не грех говорить даже об этом! - воскликнул откупщик. Вы, конечно, должны ехать с моей женой в возке, который у нас очень покойный и теплый.
- Ах, я очень буду вам благодарна, но боюсь, что этого, может быть, не пожелает Анна Прохоровна! - проговорила пани Вибель.
- Отчего ж ей не пожелать? Напротив, - возразил откупщик, - она вам будет обязана, потому что, вместо того, чтобы скучать одной в возке, она поедет с компаньонкой. А вам не угодно ли будет со мной ехать в крытых санях? - обратился он к Аггею Никитичу.
- Зачем же я буду обременять вас, когда у меня своя кибитка есть? отказался тот.
- Я знаю, что есть! - подхватил тот. - В таком случае я возьму с собой поручика; он меня просил взять его с собой.
Таким образом, в ближайшую среду все гости почти одновременно выехали из города и направились к Синькову, где они застали как самую хозяйку, так равно и пребывавшего у нее камер-юнкера с какими-то озлобленными физиономиями. Дело в том, что Екатерина Петровна почти окончательно рассорилась с своим адоратером, и ссора эта началась с нижеследующего.
- А что, у вас этот долговязый исправник будет также на обеде? спросил камер-юнкер.