- Конечно, - сказал я, - только так ли ты хорошо строишь, как говоришь?
- Работа моя, ваше привосходительство, извольте хоть вашего Семена Яковлича спросить, здесь на знати; я не то, что плут какой-нибудь али мошенник; я одного этого бесчестья совестью не подниму взять на себя, а как перед богом, так и перед вами, должон сказать: колесо мое большое, ваше привосходительство, должон благодарить владычицу нашу, сенновскую божью матерь, тем, что могу угодить господам. Таперича хоша бы карандашом рисовка на плане, али, примерно, циркулем, али теперь по ватерпасу прикинуть - все в разуме моем иметь могу, ваше привосходительство.
Семен усмехался и качал головой.
- Как же, братец, ты вот все это в разуме имеешь, а работаешь больше по мужикам? - заметил я.
- Нет, ваше привосходительство, как перед богом, так и перед вами, говорю: за бесчестье себе считаю у мужика работать. Что мужик? Дурак, так сказать, больше ничего! - возразил Пузич.
- Да ведь и ты не княжеского рода. Говори дело-то, а не то что... вмешался Семен.
- Известно, слово твое настоящее, Семен Яковлич, коли говорить, так говорить надо дело, - отвечал, не сконфузясь, Пузич.
Он начал производить на меня окончательно неприятное впечатление, но вместе с тем я с удовольствием смотрел на несколько ленивую и флегматическую фигуру моего Семена, который слушал все это с тем худо скрытым невниманьем и презреньем, с каким обыкновенно слушает, хороший мужик плутоватую болтовню своего брата.
- Брать ли нам его? - спросил я Семена.
Он посмотрел в потолок.