Очень большiе – знаю это я!.. До папа тоже это доходитъ и все это его волновало, безпокоило, тревожило, и семьдесятъ его лѣтъ невольно сказались въ этомъ случаѣ.
Князь Янтарный.
Графу, однако, семьдесятъ лѣтъ?
Ольга Петровна.
О, да, около того!.. Мнѣ тридцать слишкомъ лѣтъ; а онъ очень, очень немолодымъ женился!.. И я даже боюсь теперь… Опять таки прошу, чтобы между нами это осталось; я съ вами это говорю совершенно какъ съ друзьями своими: я боюсь, что нѣтъ-ли у него маленькаго размягченiя мозга.
(Князь Янтарный и Мямлинъ вмѣстѣ и почти въ ужасѣ восклицаютъ).
Князь Янтарный.
Скажите, какое несчастiе!
Мямлинъ.
Господи помилуй! (крестится при этомъ).