Эмилия заметно сконфузилась.
- Я, право, и не знаю; мать моя занималась торговлей.
- То есть она содержала трактирное заведение?
- Я не знаю этого хорошенько; я была так еще молода.
- Как вы не знаете, когда вы сами за конторкой стояли?
Костырева только посмотрела на него: на глазах ее заискрились слезы.
- Я не стояла ни за какой конторкой, - проговорила она.
- Не стояли? - повторил полицмейстер.
- К чему вы делаете подобные расспросы, которые к делу совершенно лишние? - вмешался я.
Полицмейстер удостоил только на минуту кинуть на меня свой косой взгляд.