- Нет, ты понимаешь, только в тебе это твоя гордость говорит! вскрикнул он, стукнув по столу. - По-твоему, от всех людей надобно отворачиваться, кто нас приветствует; только вот мы хороши! Не слушайте ее, Яков Васильич!.. Пустая девчонка!.. - обратился он к Калиновичу.
- Я думаю съездить, - проговорил тот.
Настенька взглянула на него.
- Поезжайте, - подхватил старик, - только пешком грязно; сейчас велю я вам лошадь заложить, сейчас. - прибавил он и проворно ушел.
- Ты поедешь? - спросила Настенька.
- Конечно, поеду, - отвечал Калинович.
- А если я не хочу, чтоб ты ездил?
- Странное желание! - проговорил Калинович.
- Ну, положим, что странное, но если я этого хочу; неужели ты не пожертвуешь для меня этими пустяками?
- Я не понимаю, в чем тут жертвовать. Мне надобно заплатить визит, я и плачу, - что ж тут такого?