- Боже мой! - продолжал Калинович. - Это старый мой друг и товарищ и отличнейший человек.
Дубовский сейчас же переменил тон.
- Очень хороший, говорят, - подтвердил он, - я, конечно, тогда его не знал; но если б обратился прямо к нему с моим произведением, так, может быть, другая постигла бы его участь.
- Значит, от него все зависит?
- Решительно все от него.
- Где ж его адрес? Скажите, пожалуйста.
Дубовский сказал.
Калинович сейчас же записал и, так как выспросил все, что было ему нужно, и, не желая продолжать долее беседу с новым своим знакомым, принялся сначала зевать, а потом дремать. Заметив это, Дубовский взялся за шляпу и снова, с ласковой, заискивающей улыбкой, проговорил:
- Надеюсь, что позволите быть знакому?
- Очень рад, - отвечал Калинович, не привставая и только протягивая руку.