Белавин сначала взмахнул глазами на потолок, потом опустил их.
- В государстве, где все служит, конечно, уж удобнее и приятнее служить... конечно! - произнес он, и некоторое время продолжалось молчание.
- Но для меня и в этом случае затруднение, - начал опять Калинович, потому что решительно не знаю, как приняться за это.
- Что ж? - возразил Белавин с ударением. - Это дорога торная: толцыте, и отверзется всякому!
- Но все-таки для начала нужна хоть маленькая протекция, - перебил Калинович и остановился, ожидая, что не вызовется ли в этом случае Белавин помочь ему.
Но тот молчал.
- У меня только и есть письмо к директору, - продолжал Калинович, называя фамилию директора, - но что это за человек?.. - прибавил он, пожимая плечами.
- Человек, говорят, хороший, - проговорил, наконец, Белавин с полуулыбкою и бог знает что разумея под этими словами.
- Но когда его можно застать, я даже и того не знаю, - спросил Калинович.
- Я думаю, поутру, часов до двенадцати, когда он бывает еще начальником, а после этого часа он обыкновенно делается сам ничтожнейшим рабом, которого бранят, и потому поутру лучше, - отвечал Белавин явно уж насмешливым и даже неприязненным тоном.