- Хорошо; но когда же мы крестить его будем?
Елена при этом вопросе молчала некоторое время.
- Знаешь что, - начала она неторопливо и с расстановкой. - Если бы только возможно это было, так я желала бы лучше его совсем не крестить.
- Как не крестить? - воскликнул князь.
- Так, не крестить... Я и ты, разумеется, нисколько не убеждены в том, что это необходимо; а потому, зачем же мы над собственным ребенком будем разыгрывать всю эту комедию.
- Как же, ты так-таки совсем и хочешь оставить его некрещеным? спросил князь, все еще не могший прийти в себя от удивления.
- Так, совсем некрещеным, - отвечала Елена, как бы ясно и определенно обдумавшая этот предмет.
- Но это, - начал князь, все более и более теряясь, - по нашим даже русским законам совершенно невозможно; ты этим подведешь под ответственность и неприятности себя и ребенка!
- Вот в том-то и дело; я никак не желаю, чтобы он жил под русскими законами... Ты знаешь, я никогда и ни на что не просила у тебя денег; но тут уж буду требовать, что как только подрастет немного наш мальчик, то его отправить за границу, и пусть он будет лучше каким-нибудь кузнецом американским или английским фермером, но только не русским.
- Но и там все-таки нельзя быть некрещеным.