- Может быть, и по русской истории.
- Но что из нее можно написать?.. Все уж, кажется, написано!
- Нет, много еще не написано.
- А именно?
- А именно, например, - начал князь, закидывая назад свою голову, сколько мне помнится, ни одним историком нашим не прослежены те вольности удельные, которые потом постоянно просыпались и высказывались в московский период и даже в петербургский.
Елена рассмеялась громким смехом.
- Вольности еще какие-то нашел! - произнесла она.
Князь при этом покраснел несколько в лице.
- Никаких я вольностей, признаюсь, у русского народа не вижу, продолжала Елена.
- Ты не видишь, а я их вижу! - сказал князь.