- В гостиницу тут одну; в нумера, где вот Жуквич поляк живет!.. проговорил Елпидифор Мартыныч, как бы больше обращаясь к князю.
Княгиня при этом ответе окончательно смутилась и не стала больше расспрашивать. Князь тоже молчал и начал щипать себе бороду; известие это, впрочем, мало, по-видимому, его поразило, - он как будто бы ожидал заранее этого, и только его блуждающий взгляд несколько сосредоточился, и он заметно стал что-то серьезное и важное обдумывать.
Княгиню между тем все беспокоила мысль, как сказать князю о Петицкой, и, видя, что разговор ни о чем другом не начинается, она решилась наконец:
- Я Петицкую с собой привезла; вы позволите ей жить у меня? проговорила она.
- Пожалуй, мне все равно! - отвечал князь с явною досадой, что его отвлекают от собственных мыслей.
Елпидифор Мартыныч это заметил и обратился к княгине.
- Князь утомился; ему вредно долго беседовать - к-ха! - сказал он.
- Хорошо, я уйду! - сказала кротко княгиня и сама встала при этом.
- До свиданья! - сказал ей князь, стараясь как можно поприветливей ей улыбнуться.
Княгиня ушла, но Елпидифор Мартыныч не уходил: он ожидал, что не будет ли еще каких-нибудь приказаний от князя, и тот действительно, когда они остались вдвоем, обратился к нему.