- И здесь такожде новостей немало! - продолжал он, как бы исключительно обращаясь к княгине. - Елизавета Петровна Жиглинская, если только вы помните, тоже померла.
- Померла? - спросила княгиня.
- Когда она померла? - воскликнул при этом князь.
- Недели с три, надо быть, - к-ха! - отвечал Елпидифор Мартыныч, потупляясь несколько.
- Отчего вы не сказали мне об этом? - спросил князь почти строго.
- Да так как-то все забывал - к-ха! - отвечал Елпидифор Мартыныч как бы и искренним голосом.
- И долго она была больна? - проговорила княгиня, сначала не подозревавшая, к чему ведет всю эту речь Елпидифор Мартыныч.
- С ней два удара собственно было! - отвечал тот с какой-то особенною пунктуальностью и резкостью. - Один вот первый вскоре после поступления дочери в кастелянши! - На слове этом Елпидифор Мартыныч приостановился немного. - Сами согласитесь, - продолжал он, грустно усмехаясь, - какой матери это может быть приятно!.. А потом-с другой раз повторился, как дочь и оттуда переехала.
- А куда она оттуда переехала? - спросила княгиня не совсем уже смелым голосом.
Она еще за границей слышала, что Елена главным образом потому оставила князя, что он стал ее ревновать к Жуквичу; но чтоб эта ревность была справедлива, она не слыхала подтверждения тому.