— Теперь какие, кроме самых приятных, могут быть последствия из того, что вы меня полюбите? — продолжал Бакланов, опять беря ее за руку.
— А такие, — отвечала Казимира: — что я-то еще больше вас полюблю, а вы меня презирать станете.
— Ей-Богу, нет! — воскликнул Бакланов.
— Погодите, постойте, вон идут! — сказала Казимира, в самом деле указывая на двух, неторопливо проходивших по дорожке мужчин. Прощайте! — прибавила она.
— Посидите! — упрашивал ее Бакланов.
— Нет, нельзя!.. Посмотрите, как вы платье мне все измяли, говорила она, вставая: — прощайте.
— Могу я, по крайней мере, приехать к вам?
— О, пожалуйста, приезжайте! — отвечала с удовольствием Казимира.
— У вас есть особая комната?
— Есть!.. — Голос ее при этом был как-то странен.