Софи едва совладела собой и вышла к Бакланову.
— Что такое с вами? — спросил тот, сейчас же заметив ее встревоженное лицо.
— Ах, кузен, я отовсюду окружена врагами! — произнесла она, садясь около него.
— Э, полноте; неужели же и я ваш враг? — успокаивал ее Бакланов.
— Вы-то больше всех мой враг, — сказала Софи, покачав головою: — не была бы я такая, если б ты не поступил со мною так жестоко.
— Да, — произнес протяжно Бакланов: — но я имел на то большое право.
— Никакого! Никакого! — воскликнула Софи. — Я была чиста, как ангел, пред тобой!
— Ну!.. — произнес многозначительно Бакланов.
— Как хочешь, верь или не верь! — отвечала Софи, пожимая плечами. — Но, во всяком случае, я теперь просила бы тебя, по крайней мере, сохранить дружбу твою ко мне, — прибавила она, протягивая к нему руку.
— Но я-то дружбой не удовлетворюсь, — отвечал Бакланов, целуя ее руку.