— Что ж мы будем сегодня есть?.. Ты пошли мне повара.
— Нет его, пса этого. Косить ушел, верст за пятнадцать. Позвольте, я уж состряпаю что-нибудь.
— Сделай милость!.. На вот тебе денег… купи там курицу, говядины, что ли.
— Слушаю-с. У своих-то не укупишь, в Парфеново сбегаю, куплю.
— Но скажи, пожалуйста, отчего же меня все так чуждаются?
— Ну, матушка, народец ведь у вас… сами, я думаю, изволите знать!
Весь это разговор происходил, когда Прасковья одевала Софи.
Та, придя пить чай, рассказывала все это Бакланову.
— Вот я вам этого старосту вызову, — сказал он и вышел на крыльцо.
— Эй ты, любезный, — крикнул он проходившему по двору молодому дворовому малому, который, при виде его, сейчас же насупился и нахмурился: — пошли ко мне старосту сейчас же!