— Чиновникам давали же их! — возразил Виктор ядовито.
— Чиновники-то все-таки маненечко царские слуги, а не самозванщина…
Басардин наконец встал.
— На вас, значит, и надежды никакой питать нельзя!.. — произнес он.
— Мало че, что надежды, а что ежели бы теперь во Франции али в Австрии было, я бы, себя оберегаючи, комиссару вас представил, отвечал внушительно купец.
— Как это глупо! — сказал Виктор, уходя.
— Что делать-то! Неученые! Инако думать и полагать не умеем! — отвечал купец.
19
Прокламации
Три дня уже как Сабакеев и Бакланов с женой ехали обратно в Петербург. Последний всю почти дорогу не пил, не ел ничего и был чрезвычайно грустен; а Сабакеев, напротив, оставался совершенно спокоен и все сидел на палубе и смотрел на море.