— Да к чему бы то ни было. Все лучше, чем оставаться при настоящем порядке.
— Как к чему бы то ни было! — воскликнула Евпраксия: — да вы в самом деле после этого злодеи какие-то!.. Кто вам дал это право делать?.. Кто вас уполномочивал?
— Вся Россия вас растерзает, если ей хоть пальцем указать на вас.
— Ну, оставьте меня, пожалуйста, в покое!
— Нет, не оставлю. Вы, кажется, совершенно забыли, что у вас есть дети, у которых вы промотали все состояние и для которых должны теперь трудиться, а не в рудники итти.
— До рудников еще далеко, — проговорил Бакланов с улыбкою.
— Очень недалеко! Не успеете, я думаю, носу в Петербург показать, как всех вас в крепость пересажают.
— Кто же узнает?
— Да уж и знают, вероятно, давно. Не один раз уж, вероятно, телеграфировали об вас.
Замечание это заметно сконфузило Бакланова.