— Всего осматривали, — произнес он.

В это время молоденький чиновник подал Евпраксии записку. Она как прочитала ее, так и опустил руки. Это писал Сабакеев: «Не дожидайтесь меня. Я арестован!»

Евпраксия пошла.

Она беспрестанно оступалась и, кажется, совсем не видела, куда идет. Бакланов принужден был поддерживать ее.

Они прошли на пароход. Там капитан что-то торопливо бегал по палубе и отдавал приказания.

— Скоро мы поедем? — спросил его Бакланов.

— Надо скорее… Петербург горит… — отвечал ему тот.

— Как Петербург? — повторил Бакланов.

В ответ на это пассажиры указали ему на видневшееся облако дыму, окрашенное во многих местах красноватым цветом пламени.

— Евпраксия, Петербург горит! — не утерпел и сказал жене Бакланов.