Из-за земли, склонившейся в овраг, тихо вышел ровно гудящий танк с белым крестом и пошел на разбитую сосну и человека.
Иван Толокно посмотрел на машину и почувствовал горе; и жалость к себе в первый раз тронула его сердце.
Он работал всю жизнь, он уставал до самых своих костей. А теперь в него стреляют из пушек; злодей хочет убить труженика, чтобы сама память об Иване исчезла в вечном забвении, словно человек не жил на свете.
— Ну нет! — сказал Иван Толокно. — Я помирать не буду, я не могу тут оставить беспорядок; без нас на свете управиться нельзя.
Из танка вырвался свет пулеметного огня. Толокно залег за стволом дерева и ответил врагу из автомата по щелям его глаз в машине.
Танк в упор надвинулся на дерево и подмял его под себя. Сосна треснула у корня и ослепила сапера синим светом на разрыве своего ствола. Толокно отодвинулся в сторону от падающего дерева и очутился между ним и гусеницей танка, сжевывающей снег до черной земли, в узкой теснине.
Он увидел, что над ним стало светло; значит, танк прошел далее, пропустив под собою, меж гусеницами, лежащего человека и вторично погубленную поверженную сосну.
Иван Толокно, не теряя времени на соображение, бросился за танком с гранатой, ухватился за надкрылок и в краткий срок был в безопасности на куполе пушечной башни врага.
Танк без стрельбы, молча, шел в сторону, откуда пришел Иван Толокно. Это было для Ивана попутно и хорошо. Он решил взять машину в плен или подорвать ее гранатами.