— Линней не имеет права читать лекции, — заявил на заседании факультета некий Розен, адъюнкт медицинского факультета. — Я говорю официально и прошу записать мои слова, — прибавил он.
Дело было поставлено на официальную ногу. Факультет должен был вынести решение, а таковым могло быть только — «прекратить чтение лекций».
Карл Линней (1707–1778).
Линней пришел в отчаяние. И с отчаяния этот скромный и не очень-то решительный человек — и уж во всяком случае не скандалист — закатил такой скандал Розену, что он чуть не перешел в драку. Богослову Цельзиусу удалось кое-как замять эту историю, но двери Упсальского университета все же закрылись для Линнея. Снова перед ним встал вопрос, что делать дальше. И снова, как и прежде, он разрешился быстро и удачно. Надо сознаться, что нашему ботанику все же очень везло: он всегда где-нибудь и как-нибудь пристраивался.
— Будьте нашим руководителем, — попросили его несколько богатых студентов. — Мы хотим попутешествовать по Далекарлии.
После окончания путешествия Линней поселился в городке Фалуне. Здесь он читал частным образом лекции по минералогии и пробирному искусству. Слушатели были: в окрестностях города имелись знаменитые медные рудники. Нашлась и небольшая медицинская практика. Но этого ему было мало. Он уже вошел во вкус чтения лекций с университетской кафедры.
— Диплом доктора? Хорошо, я его получу!
Может быть он и не так бы скоро отправился за границу завоевывать этот диплом, если бы не городской врач Мореус. Сам-то врач тут был мало замешан, он не уговаривал Линнея, ничего ему не советовал. Нет! Причина была не во враче, а в его дочери.
Сара-Лиза, старшая дочь врача, очень приглянулась Линнею, и он вскоре же предложил ей руку и сердце.