— Она, конечно… Пожалуй, я покажу тебе: это браслет с миниатюрой.
Василию Михайловичу, как и всем влюбленным, самому очень хотелось услышать от кого-нибудь похвалу предмету своей страсти, и, вынув завернутый в бумажку браслет с миниатюрным портретом, он вручил его Околесину. Околесин взглянул на портрет и вдруг побледнел… Сердце его сильно билось, руки дрожали; он уронил браслет на пол…
— Ах! — сказал Василий Михайлович, удивляясь этой неловкости своего приятеля. — Как ты неосторожен! Мог разбить.
— Барыня просят вас к себе, Борис Михайлович, — доложил в эту минуту Околесину человек, входя в кабинет.
— Сейчас, сейчас, — пробормотал Околесин, вставая с места. — Извини, — сказал он, обращаясь к Ломтеву, — жена очень больна, простудилась на маскараде, доктора боятся, чтоб нервическая горячка не сделалась… я все с ней сижу… извини…
— Помилуй! — отвечал Василий Михайлович, также направляясь из кабинета.
— Так ты уезжаешь… и скороe..
— Я думаю…
— Ты твердо решилсяe..
— Да.