— Ах, какой вы, Парфен Иванович! Я бы и рад, ей-богу, да ведь опоздаю!
— Ну, как знаете!
"А что, в самом деле, — подумал Пашинцев, — не зайти лиe Боюсь только, как бы с девочкой обморока не случилось. Ну! Была не была — зайду. А то жаль ее, в самом деле, бедненькую. Мой внезапный отъезд оскорбит ее. Не написать ли разве письмоe Нет, уж лучше схожу. Так и быть".
— Я зайду, коли так, Парфен Иванович.
— Ну, ладно.
Пашинцев простился с опытным чиновником и вышел. Парфен Иванович посмотрел ему вслед и, затянувшись, флегматически произнес:
— Ветрогон мальчишка! Только сбил девку с толку.
Надя сидела, по обыкновению, у окна с книгой, когда вошел Владимир Николаевич. Она не ждала его и вздрогнула.
— Надя, — решительно произнес Владимир Николаевич, делая над собой усилие. — Я еду сейчас же.
Надя побледнела, как лист бумаги.