— А я? Ты же хотел взять и меня. Я такой же твой ассистент, как Рейкин, Исатай и другие. Почему ты выбрасываешь меня из этой группы?
— Ты останешься здесь, — мягко сказал Виктор Николаевич и взял ее руку.
— Ты думаешь, что я слабее их, что я растеряюсь?
— Нет, этого я не думаю.
— Значит, ты жалеешь меня?
С минуту она не могла говорить.
— Когда ты просил соединить мою жизнь с твоей, там у тополя в Бекмулатовске, — снова заговорила она, — ты говорил, что я буду лучший твой помощник, что рядом со мной ты чувствуешь себя более решительным, сильным… И вот теперь, когда жизнь потребовала от тебя решительности и твердости, ты хочешь отогнать меня от себя!
— Вера! — с упреком проговорил Виктор Николаевич.
Но Вера Александровна не останавливалась. Она взволнованно напомнила ему его давнее обещание никогда не насиловать ее волю, не делать никаких различий между нею и другими ассистентами лаборатории.
— Ты хочешь, чтобы я оставила тебя в опасную минуту, сидела здесь и мучилась от неизвестности — что там.