Измаил Ахун повернулся к хмуро сидевшему директору «Каучуконоса».
— Тебе было известно постановление комиссии и тебе тоже, — дружески взглянул Бекмулатов на Рогова. — Вы думали, шутки шутят с вами.
— По тому, как развертывались работы, я думал мой хлопчатник десять раз созреет, — проговорил Рогов.
— По тому, как развертывались. А ты возьми да прокатись по пустыне и посмотри, как они развертываются. Из окон твоего дома в совхозе не все видно.
Измаила Ахуна ежедневно осаждали с требованиями воды.
Вода нужна была людям и машинам. В Управление водного хозяйства звонили по телефонам, писали… Из пустыни мчались на самолетах люди. С утра до ночи Измаил Ахун слышал одно слово: воды, воды, воды!
В пустыне бурились сотни скважин, колодцев, рылись временные каналы, проводились стокилометровые водопроводы, ускоренным темпом шло строительство водоносных шахт.
Воду добывали всеми способами и все-таки ее не хватало для растущего народного хозяйства. Чтобы не сорвать работу, на которой сосредоточила силы страна, обеспечить водой людей, прибывающих на строительство. приходилось ограничивать отпуск воды хозяйствам местного значения.
Из-за этого Бекмулатов нередко выдерживал сражения с людьми, которые были его старыми друзьями.
Вера Александровна, отойдя в сторону, незаметно прислушивалась к твердому, решительному тону, которым разговаривал отец.