В кабинет вошел новый посетитель. Ахун через стол дружески пожал ему руку.
— Бекмулатов! — сказал вошедший. — Твой Ахмат Алиев совсем взбесился. Канал засыпать принялся.
— Распоряжение чье?
— Твое.
— Так, выходит, взбесился-то я. Ты что же, товарищ Рогов, думаешь, я бумаги не читая, подписываю.
— Ну, как хочешь, а это я сделать не дам, — спокойно проговорил посетитель, опускаясь на стул… — У меня подготовлены две тысячи га под посевы хлопчатника, а ты…
— Ничего, засыплем. Дашь, — так же спокойно ответил Измаил Ахун, — а в будущем году можешь готовить не две, а двести тысяч га и воду. Получишь на все двести.
Рогов тяжело опустил на стол свою широкую ладонь.
На подносе зазвенели стаканы.
— Не облей бумаги, — добродушно заметил Бекмулатов и отодвинул от него поднос с сифоном. — Придется, Рогов, этим участком пожертвовать на нынешний год… А ты не кипятись, — добавил он, видя, что тот приготовился к отпору, — иди в комиссию по затоплению, там и разговаривай.