Старые академики и инженеры были оживлены. Многие из них в первый раз всходили на борт подводного судна.
Профессор Лурье — непременный член всех комиссий, приезжавших в Заполярье, как всегда, хлопотал возле ящиков с какими-то «замечательно умными» приборами, и, как всегда, охраняя эти приборы, мешал тем, кто переносил его драгоценный груз.
«Богатырь» был чудом новейшей техники, первым судном, в котором так широко и многообразно было применено ядерное горючее койперита.
Стройный и узкий, как торпеда, с броней, позволяющей спускаться на большую глубину и выдерживать давление в пятьдесят атмосфер, с ядерными двигателями в несколько сот тысяч лошадиных сил, этот ледокол мог развивать скорость до шестисот километров в час, мог уходить далеко под ледяные поля, оставаться под водой неограниченное время и своими пневматическими горяче-воздушными таранами, взрывами и мощным корпусом пробивать окна и полыньи во льдах любой толщины.
«Богатырь» вышел из гавани Полярного порта в конце января. Корабль скатывался в глубину моря, излучая свет из иллюминаторов и освещая путь прожекторами.
В январе северные моря безжизненны. Но в этом году гидрологическое лето в Полярной бухте и в южной части Арктического моря наступило на шесть месяцев раньше обычного срока. Влияние теплой воды в гавани порта распространялось на много десятков километров к северу.
Дно моря было покрыто пышным ковром водорослей. Скользящие по дну лучи прожекторов освещали могучие заросли ярко-красных и бурых трав. На этих пышных подводных «лугах» паслись миллиарды рачков, червей и личинок. В ярких кругах света прожекторов и иллюминаторов копошились рачки — колянусы, стрелки, бокоплавы, личинки червей и моллюсков. Проносились стаи мелких рыбешек. Медленно проплывали «табуны» больших рыб и полярных животных. Казалось, весь животный мир со всего Полярного моря собрался сюда на роскошное пиршество, так неожиданно и в такое необычное время, устроенное природой.
Но это пробуждение полярной природы — гидрологическое лето — было только на небольшой площади.
Еще не пройдя лиман Верхний, «Богатырь» вошел под ледяные поля, сплошь покрывавшие все Арктическое море.
Море было мертво.