Горнов вернулся домой. Спокойствие и уверенность вновь вернулись к нему.
Через несколько дней он пригласил к себе Петриченко и своих новых знакомых — Исатая Сабирова и профессора Лурье. В этот день в Чинк-Урт прилетела из Бекмулатовска и Вера Александровна.
За и против
— Мы знаем, какое огромное количество солнечной энергии непрерывно захватывает наша планета. Знаем, что энергия, получаемая в течение года, могла бы растопить слой льда, покрывающий весь земной шар толщиной в 36 метров, а тепло, получаемое экваториальным поясом, растопило бы слой в 44,2 метра. Если бы всю эту энергию можно было превратить в механическую работу двигателя, имеющего коэффициент полезного действия всего лишь 10 %, то мы получили бы мощность в 24.1012 или 24 миллиарда лошадиных сил.
Виктор Николаевич бросил быстрый взгляд на Петриченко, Лурье и Сабирова, внимательно слушавших его, и продолжал:
— Как видите, количество солнечной энергии, получаемое нашей планетой, очень велико. Но велики и потери этой энергии. Сорок процентов ее теряется вследствие излучения. Сорок процентов, которые могли бы растопить не только все льды на Северном и Южном полюсе, но слой льда толщиной в пятнадцать метров, если бы он покрывал весь земной шар.
Но вся эта огромная энергия уносится в межпланетное пространство.
Особенно велики потери от лучеиспускания энергии в пустынях, где господствует резко континентальный климат, где днем температура воздуха достигает 40°, а ночью замерзает вода.
Задержав хотя бы десять процентов тепла, теряемого нашими пустынями, и перенеся это тепло на север, мы растопили бы полярные льды на площади четырех миллионов квадратных километров. Энергии, удержанной нами, хватило бы превратить все Заполярье в богатейший край с теплым климатом.
Я выдвигаю проблему — удержать часть инсоляции, излучаемой пустынями в мировое пространство, и использовать ее для нужд народного хозяйства.