Пошел он во церковь соборную. Идет она из церкви соборныя: Впереди идут лопатники, За лопатниками идут метельщики; За метельщиками идут суконщики, Расстилают сукна одинцовые. Честную вдову Мамелфу Тимофеевну Ведут тридцать девиц со девицею. Вся она обвешана бархатом, Чтобы не запекло ее солнце красное, Не капала роса утренняя. — Здравствуешь, Дюкова матушка! — Здравствуешь, удаленький добрый молодец! Ты откулешний, добрый молодец? — Есть я из города из Киева, От твоего от сына от любимого: Захвастал он своим посельицем. — Ступай за мною, добрый молодец. Пришла во гридню столовую. Полагали скатерти браныя, Посадили за столики дубовые, Поставляли напиточки стоялые: Напился, наелся добрый молодец; Отводили его в ложню на кроваточку — рыбий зуб. Спал молодец три сутки без просыпа, На четверты вставает на резвы ноги, Поидет смотреть Дюково посельице. Привели его в конюшенки стоялые: Не знает коням и цены-то дать, — В челках и хвостах вплетено по камню драгоценному и проч.
Откуда бы взяться в былинах мифологическим следам, например, лебединым и прочим превращениям, чарам на след и т. п. указывающим на близость к времени язычества?
В самом языке былин, несмотря на все повреждения, еще сохранились признаки древности — в словах и оборотах, например: ряды рядить, крутиться, занимать места не по отчине; употребление винительного падежа в форме именительного. Особенное употребление деепричастия согласно с языком летописей также указывает на древность, например:
Как видели Илюшиньку сядучись, А не видели уедучись.
День они бьются неедаючись, И другой они бьются непиваючись, И себе отдыха недаваючись.
Приедучись не качаются.
И тут Дунаюшка ко стыду Начала плакать уливаючись.
Ты глупой Король Бутеян Бутеянович, Не учествовал молодцев приедучись, А не ужаловать ти молодцов поедучись.
Заметим еще некоторые обороты чисто русские:
Долиною море долинешенько, Шириною море широкошенькое.