Духовные стихи, до нас дошедшие, сильно поврежденные и подновленные, должны быть несколько моложе былин, но своими приемами, оборотами и языком, показывают близкое родство с ними. Воспеваются в них разные святые, примечательные по каким-либо особенным происшествиям в своей жизни: Иосиф прекрасный, Лазарь убогий, Алексей Божий человек, Иоасаф пустынник, Феодор Тирон. Мы предлагаем в качестве образца стихи о Георгии Храбром и Дмитрии Селунском, которые особенно чтутся в русском народе.
Стих о Егории Храбром
Во святой земле, православной, Нарождается желанное детище У тоя ли премудрой Софии; И нарекает она по имени Свое то детище — Георгий, По прозваньицу — храброй. Возрастает Георгий храброй Промеж трех родных сестер, От добра деда не отходючи, Святым словом огрожаючи, Миру крещеному угожаючи. Как и стал он, Георгий храброй, В матер возраст приходити, Ум-разум спознавати, И учал во те поры Думу крепкую оповедати Своей родимой матушке, А и ей ли, премудрой Софии: «Соизволь, родимая матушка, Осударыня премудрая София, Ехать мне ко земле Светло-русской Утвержать веру христианскую». И дает ему родимая матушка, Она ли, осударыня премудрая София, Свое благословение великое: Ехать ко той земле Светло-русской, От востока до запада поезжаючи, Святую веру утверждаючи, Бесерменскую веру побеждаючи. Наезжает он, Георгий храброй, На те леса, на темные, На те леса, на дремучие; Хочет он, Георгий, туто проехати, Хочет он, храброй, туто проторити, Нельзя Георгию туто проехати, Нельзя храброму туто проторити. И Георгий храброй проглаголует: «Ой вы, леса, леса темные! Ой вы, леса, леса дремучие! Зароститеся, леса темные, По всей земле Светло-русской, Раскиньтеся, леса дремучие, По крутым горам по высокиим, По Божьему все веленью, По Георгиеву все моленью!» По его слову, Георгиеву, По его ли, храброго, велению, Зарастали леса темные По святой земле Светло-русской. Раскидалися леса дремучие По крутым горам по высокиим…
Точно то же произошло с встреченными горами, морями, реками, вихрями, к которым Георгий относился со своими приказаниями.
«Ой вы, горы, горы высокие Ой вы, холмы, холмы широкие Рассыпьтеся горы высокие, По всей земле Светло-русской; Становитесь холмы широкое, По степям, полям зеленыим, Ой вы моря, моря глубокие! Ой вы реки, реки широкие! Потеките моря глубокие, По всей земле Светло-русской, Побегите, реки широкие, От востока да и до запада. Ой вы, звери, звери могучие! Ой вы, звери, звери рогатые! Заселитеся, звери могучие, По всей земле Свято-русской, Плодитеся звери рогатые, По степям, полям без числа. А и есть про вас на съедомое. Во полях трава муравчата, А и есть про вас на поилицо Во реках вода студеная».
Наезжает он, Георгий храброй, На то стадо, на змеиное, На то стадо, на лютое: Хочет он, Георгий, туто проехати, Хочет он, храброй, туто проторити; И стадо змеиное возговорит Ко тому ли Георгию храброму: «Али ты, Георгий, не ведаешь, Али ты, храброй, не знаешь: Что та земля словом заказана, Словом заказана, заповедана. По той земле заповеданной Пеш человек не прохаживал, На коне никто не проезживал. Уйми ты, Георгий, своего коня ретивого, Воротися ты, храброй, сам назад». Вынимал Георгий саблю острую, Нападал, храброй, на стадо змеиное. Ровно три дня и три ночи Рубит-колет стадо змеиное: А на третий день ко вечеру Посек, порубил стадо лютое. Наезжает он, Георгий храброй, На ту землю Светло-русскую, На те поля, реки широкие, На те высоки терема, златоверхие. Хочет он, Георгий, туто проехати, Хочет он, храброй, туто проторити. Как и тут ли ему, Георгию, Выходят навстречу красны девицы, Как и тут ли ему, храброму, проглаголуют: «А тебя ли мы, Георгий, дожидаючись, Тридцать три года не вступаючи С высока терема, златоверхого. А и тебя ли мы, храброго, дожидаючись, Держим народу велик обет: Отдать землю Светло-русскую, Принять от тебя веру крещеную». Принимает он, Георгий храброй, Ту землю Светло-русскую Под свой велик покров, Утверждает веру крещеную По всей земле Светло-русской.
Стих о Дмитрии Солунском
С первого века-начала Христова Не бывало на Салым град Никакой беды, ни погибели. Идет наслание Божие на Салым град, Идет неверный Мамай царь, Сечет он, и рубит, и по плен емлет, Просвещенные соборные церкви он разоряет.
У святой у соборной у церкви Стоял старец Онофрий на молитве, У всеночной всю ночь на паперти. Молился он Спасу и Пречистой Богородице, И святому Дмитрию, Солунскому чудотворцу, И увидел он чудо у престола: Два ангела лик ликовали Святому Димитрию Солунскому чудотворцу. Пошел он по Салыму граду объявляти, Князьям-боярам и воеводам, И Митрием-митрополитам. Попам-священникам и игумнам, Да и всем христианам: Вы гой еси, князья-бояре, воеводы И митрия-приполиты, Попы, священники и игумены, Все православные христиане! Не сдавайте вы Салыму града и не покидайте: Не быти нашему Салыму граду взяту, А Мамайской силе побитой.
Оповещенные спросили его, почему он это знает, и получили в ответ известие о его видении.