Вот образчик того, как изменяются отношения человека к природе вместе с переменой быта самого человека. Вот другой пример, еще более яркий: когда первые европейские поселенцы прибыли в Америку, то местное туземное население занималось исключителько охотой. Небольшие племена бродили среди огромной пустыни и били зверей. Никаких других занятий у них не было. Появились в Америке европейцы, — и в двести лет на месте этой пустыни, по которой бродили охотники, появилось одно из самых культурных государств мира с великолепно поставленным земледелием, с огромными фабриками, заводами, железными дорогами и т. д. В настоящее время Соединенные штаты — страна, которая в отношении техники, т. е. способов хозяйства, стоит едва ли не на первом месте среди всех стран мира. Вот что случилось, когда в Америку, где ее первоначальные обитатели умели только охотиться, пришли европейцы, принесшие с собой европейскую культуру, т.е. европейские навыки и приемы работы.

Если мы от этих общих примеров перейдем непосредственно к России, историей которой мы будем дальше заниматься, то мы увидим, что природные условия Восточно-европейской равнины, которую занял русский народ, отличаются большой суровостью. У нас длительная зима, короткое лето. Благодаря этому у нас сельскохозяйственные работы занимают лишь меньшую часть времени. В Средней России пахать, сеять, жать и т. д. приходится в течение пяти месяцев. Если мы возьмем соседнюю с нами Германию, то мы увидим, что там сельским хозяйством можно заниматься уже в течение семи месяцев, т. е. большую часть года можно использовать для хозяйства, тогда как у нас, в России, большую часть года земледельцам нечего делать около земли. А если мы пойдем еще дальше на запад, во Францию, на берега Атлантического океана, то мы увидим такие климатические условия, которые позволяют человеку работать и зиму — словом, круглый год. Так у бретонских крестьян3 и даже у огородников в окрестностях Парижа круглый год на полях что-нибудь растет, и овощи прямо так и разделяются на зимние и летние. Нетрудно догадаться, что в этих странах, где можно работать на земле круглый год, производительность труда земледельца должна быть гораздо выше, чем там, где он работает только меньшую часть года. Другими словами, накопление всех благ в этих странах идет гораздо быстрее. Таким образом вследствие нашего сурового климата хозяйственное развитие России должно было двигаться медленнее, нежели в других странах, более благоприятно расположенных.

Естественно, что пока главным занятием русского народа, почти исключительным его занятием было земледелие, Россия очень отставала от других стран. Она стала их догонять только с тех пор, когда в России стала развиваться промышленность обрабатывающая, появились фабрики и заводы. А последние могут перерабатывать и привозное сырье, т. е. перерабатывать не только то, что растет в самой России, но и то, что получается издалека. Наши ситцевые фабрики перерабатывают хлопок, который вырос в Средней Азии или Америке. Торговля и промышленность таким образом чрезвычайно ускоряют развитие хозяйства и делают его менее зависимым от природных условий.

Но тут приходится сказать, что в отношении развития торговли Россия тоже была поставлена в условия менее благоприятные, чем страны Средней Европы. Еще и в настоящее время лучшим торговым путем является вода. Самым лучшим путем сообщения между отдельными странами является море. В былое время, когда не было железных дорог, оно было единственным путем сообщения. Более крупную торговлю можно было вести только морем, а сухим путем можно было перевозить только немногие, очень дорого стоящие товары, потому что перевозка на лошадях из одной страны в другую обходилась чрезвычайно дорого. Это соотношение сохранилось и до сих пор. Даже не считаясь с той дороговизной, которая установилась теперь, после войны, проехать на извозчике с вокзала к себе домой всегда стоило относительно гораздо дороже, в несколько десятков раз дороже, чем стоит проезд такого же расстояния по железной дороге.

Итак, повторяю, пока не было железных дорог, до тех пор единственным удобным и дешевым путем сообщения было море, и большое количество товаров можно было перевозить только морем, и этим объясняется, почему промышленность и торговля раньше всего начали развиваться в тех европейских странах, которым море наиболее доступно. Раньше всего начинают развиваться страны, прилегающие к Средиземному морю, берега которых изрезаны этим морем, Греция и Италия, затем в новейшее время такие страны, как Англия, расположенная на островах, как Голландия, которая так тесно связана с морем, что местами ее земля едва вылезает из-под моря; раньше она была морским дном, а другая часть недавно сравнительно была снова залита морем, так что там море и суша постоянно чередуются. Россия была очень обделена морем. Средняя Россия, где главным образом развивалась русская история, находится в 600—800 км от ближайшего моря, причем самые близкие к ней моря, восточная часть Балтийского моря и Белое море, залив Северного Ледовитого океана, зимой покрываются льдом и недоступны для плавания. Не замерзает Черное море на юге, но оно от Средней России всего дальше, уже не в 600—800, а с лишком в тысяче километров. Правда, на юг ведет несколько больших рек — Днепр, Дон, Волга, но реки эти, во-первых, зимой замерзают, во-вторых, на главной из них, ведущей к Черному морю, на Днепре, есть пороги, которые постоянно мешали судоходству4, а самая большая из них, Волга, ведет не в море, а в озеро, которое хотя и называется Каспийским морем за его огромную величину, но из него никуда выхода нет.

Все это привело к тому, что в России торговля, а с нею промышленность развивались, как и русское земледелие, гораздо труднее, чем в других странах. России труднее было в этом отношении начать, но раз она начала, она, как увидим дальше, пошла даже быстрее других стран, потому что появление торговли и промышленности вызывает новые и новые успехи науки и техники. Это чрезвычайно ускоряет хозяйственное развитие и дает возможность человеку не только успешно обороняться от неблагоприятных природных условий, но и побеждать природу. Примером того, как это делается, мы и закончим эту часть нашего рассказа.

Северная часть Африки, как известно, занята бесплодной пустыней Сахарой, и, пока там жили кочевые арабы, никакое земледелие почти не было возможно, местами только, где случайно была вода, образовались оазисы. Но их было очень немного. Когда Северная Африка была занята французами, они принесли туда и свою технику. Они стали сверлить землю и очень скоро открыли, что в Сахаре вода, собственно говоря, есть, только очень глубоко, но при помощи артезианских колодцев, которые проникают в землю на сотни сажен, до этой воды можно добраться. Извлекши воду из земли при помощи таких колодцев, французы устроили искусственное орошение, и благодаря этому появляется целый ряд искусственных оазисов, засаженных финиковыми пальмами, дающими великолепный урожай. Финики в этих краях являются чуть ли не главной пищей, заменяя арабу все — и хлеб, и мясо, и т. д. Так благодаря превосходству европейской техники удается обратить в цветущий сад то, что люди считали осужденной навеки бесплодной пустыней.

Другой пример еще более нов и еще поразительнее. Благодаря новейшим успехам в науке люди добились возможности не только создавать растительность там, где раньше ничего расти не могло, но и создавать совершенно новые виды растительности, которых раньше не знали. Так один американский ученый садовод Бёрбанк добился новой породы грецкого ореха, который достигает полного роста и спелости в 14 лет, т. е. вдвое скорее, чем растет это дерево, добился сливы без косточек, малины с ягодами длиной до 4,5 см, — всего этого удалось достигнуть не в сотни лет усилиями многих поколений, а одному человеку, располагающему всеми современными научными средствами, в течение одной своей жизни.

Итак человек зависит от природы, и история идет скорее или медленнее в зависимости от тех природных условий, в какие поставлен тот или другой народ. Но эта власть природы над человеком не безгранична. С природой человек может справиться, и основой хозяйства является не природа. Природа — только материал для этого хозяйства. Основой хозяйства является человеческий труд; чем этот труд совершеннее, чем он более настойчив и умел, тем меньше человек зависит от природы, И нетрудно предвидеть, что в будущем, когда наука и техника достигнут совершенства, какого мы себе представить не можем, природа будет в руках человека мягким воском, из которого человек сделает все, что ему нужно.

А теперь спрашивается: то классовое устройство общества, о котором мы говорили выше, оно как-нибудь отражается на успешности борьбы человека с природой или нет?