Молотов сложил руки и остановился перед художником...
— Вот у Кукольника в повестях, так там все какое-нибудь высокое лицо соединяет любящие сердца; но ныне таких штук не бывает... А то спасают иногда даму сердца во время пожара, нашествия иноплеменников или наводнения, — тогда она, как приз, принадлежит избавителю; и еще есть средства: крадут девиц, свертывают шею их соперникам или продают свою душу черту, — это очень практический господин; но, к сожалению, все эти меры не в правах гражданского чиновника... Ты что за птица? какой у тебя чин? Сиди-ко себе да кисни... Время само придет.
Молотов вышел из себя...
— О, проклятое положение! — сказал он, стиснув зубы.
Прошелся он по комнате...
— Нет, надо наконец решиться...
— Подождать, — подсказал Череванин...
Молотов взглянул на него сердито...
— Ты, кажется, находишь удовольствие бесить меня...
— Экой ты какой ядовитый!