Тундровой Север быстро заселяется. Не потому, что год от года увеличивается население земли и выход сюда неизбежен: тундра уже представляет самостоятельный экономический интерес.
Проблема развития оленеводства уже сегодня — актуальнейшая задача. На Севере Союза насчитывают два с половиной миллиона оленей. В ближайшие годы предположено довести численность стада до пяти миллионов голов, а затем расширять его до полной емкости наших полярных тундр, которые в состоянии прокормить до 20-ти миллионов оленей.
Если капиталистические Соед. Штаты в условиях новизны оленного дела, в обстановке частного хозяйства смогли на наших глазах достигнуть роста своего оленеводства на Аляске, то для нас задача неизмеримо облегчена. Мы имеем кадры туземцев, с незапамяти занимавшихся оленем. Культурно выросшие туземцы включатся колхозами в общий план, в тундру придет мощная зоотехника и ветеринария и под ведущим влиянием совхозов северные колхозы в самый короткий срок (не американскими, а социалистическими темпами) превратят тундровое оленеводство, имевшее до советской поры натуральный характер, в мощный фактор экономики Союза.
Мясом оленя можно будет не только удовлетворять индустриализирующийся Север, но и экспортировать морским путем за-границу. Появятся консервные заводы; вместо нынешних кустарок по выработке замши, в конце прошлого столетия завезенных галичскими мастерами, будут построены на Печоре усовершенствованные заводы; весь людской Север можно будет нарядить в теплые оленьи меха.
В Северном крае, — это один из богатых оленеводческих районов Союза, — закладывается крупное государственное оленное хозяйство. Первый опыт в мировой истории: через три года в совхозе должно быть стадо в 200 000 голов! Такие масштабы хозяйства позволят привлечь на обслуживание всю социалистическую технику.
В этом году в Архангельске открывается оленеводческий техникум, в тундре — научно-исследовательская оленеводческая станция, производится ботаническо-топографическое обследование тундр, тридцать две экспедиции должны изучить более ста тысяч кв. километров. Люди совхоза прорабатывают структуру организации, систему труда в стаде, мероприятия по усовершенствованию оленного хозяйства. За стройкой этого совхоза ожидающе следят колхозы, которые уже вступили с ним в оперативную связь, выделяя в совхоз излишки рабочей силы, договариваясь о совместном пользовании пастбищами, приобретая хоров-производителей, пользуясь консультацией специалистов по зооминимуму и ветеринарному обслуживанию. Развитие совхоза волнует Скандинавию и Америку.
Иное направление получает охотничий промысел, в частности пушное звероловство. Полярия — резервуар пушнины. И по выгодности и по удельному значению экспорт пушнины занимает одно из главных мест в нашем вывозе. Но первобытная техника звероловства хищнически истощает запасы промысловых животных. Экономика и техника этого дела ныне перестраиваются, вводятся мероприятия по охране зверей, создаются питомники, производится посадка новых видов, ставятся опыты разведения пушных зверей в полудомашнем состоянии, в подходящие по климату и растительности местности предположено выпустить отдельные виды экзотических животных.
Промысел морского зверя, организованный на артельных началах, вооруженный технически, решит жировую проблему тундры (в культурных условиях и олень даст немало жиров, его молоко содержит 22 %), озерное рыболовство колхозов усилит пищевые ресурсы.
Несомненное развитие при коллективизации получат и другие подсобные промысла.
«Коллективизация, — говорит один из руководителей Комитета Севера тов. А. Скачко, — является поистине волшебным ключем, при помощи которого отпираются двери для перевода примитивного и отсталого хозяйства северных народов к действительно высшим формам и без особенно резкой ломки существующих хозяйственных навыков.