«Если бы они оба что-то могли объяснить, — думал он иногда про себя, — если бы я мог узнать что-то наверняка, мне было бы все-таки легче».
И вот в конце апреля его желание отчасти осуществилось — кое-что ему удалось узнать почти наверняка.
Как-то однажды Мэри завела его в музыкальную гостиную, говоря, что якобы миссис Кэрью хочет побеседовать с ним в непринужденной обстановке. Но в это время Джейми тоже находился там. Джимми был поражен, когда тот уставил на него пылающий взгляд.
— В чем дело, Кэрью? Случилось что-нибудь? — отозвался Джимми.
— Да, случилось, случилось! — воскликнул он, протягивая к нему руки. В каждой руке было по письму. — Самое главное случилось! Представь себе, что ты всю жизнь просидел в тюрьме и вдруг появилась надежда выйти на волю. Что было бы, если бы вдруг оказалось, что ты можешь просить любимую девушку стать твоей женой? Разве это не главное? Но слушай! Ты, наверно, думаешь, что я сошел с ума. Может быть, я и вправду сошел, но только от радости. Я хочу тебе рассказать. Можно? Мне обязательно нужно кому-то рассказать.
Пендлтон вздрогнул. Его как будто бы ударили. Он страшно побледнел. Однако внешне он держался спокойно и ровным голосом отвечал Джейми:
— Разумется, дружище. Я с удовольствием тебя послушаю. Кэрью, однако, не слишком рассчитывал на понимание.
Поэтому он заговорил беспокойно и отрывисто:
— Для тебя это, конечно, не что-то такое небывалое. Ты весело ходишь по земле двумя ногами и располагаешь полной свободой. Ты полон честолюбивых замыслов — эти твои мосты и все другое. Но для меня — для меня тут все! Это возможность жить жизнью мужчины и делать мужскую работу, хоть это и не мосты или плотины. Это всё — и это всё теперь в моих руках. Послушай! Этим письмом меня оповестили, что я получил первую премию литературного конкурса — три тысячи долларов. И в этот же день еще одно письмо. Большое издательство одобрило мою рукопись и представляет к публикации. И оба эти письма мне принесли сегодня утром. Ты понимаешь теперь, почему я так безумно счастлив?
— Это чудесно! Я от всего сердца поздравляю тебя, Кэрью! — воскликнул Джимми, в самом деле обрадованный тому, что дар человека получил заслуженное признание.