- И-и! Что ты, дорогой! Наколоты! Полный сарай. Да куда тебе против моих девок! Они начнут колоть - земля дрожит!
Заметив на куртке Мохова болтающуюся пуговицу, Матрена принялась пришивать ее.
- По чужим домам бегамши, пуговицы растеряешь… Народу-то у нас людно. Все оборветесь, дорогие! А эта варежка чья? Твоя, Лиза? Давай дыру зашью, тебе, поди, некогда. А ты пей чай-то, пей!
Десятиклассники со смехом вспоминали этот случай:
- Ядовитая тетка, что говорить!
- Честное слово, - сказал Петр, - я тогда испугался, что она баню топить побежит.
- А помните, - заговорила Тоня, - когда дочери ее уехали, а невестка заболела, она сама пришла в школу, попросила, чтобы мы помогли?
- Как же! - подхватила Нина. - Пашу Заварухина вызвала: «Девушек не пришлешь ко мне вечерком, Павлуша? Может, помогут чем ни то?»
Увлекшись воспоминаниями, школьники не заметили, что их внимательно слушают не только обитатели барака и Татьяна Борисовна. Незнакомый молодой человек с круто вьющимися русыми волосами и высоким лбом тоже прислушивался к разговору. Илларион, увидев его, просиял:
- Познакомьтесь, ребята: это Кирилл Захарович Слобожанин, новый, только что выбранный секретарь приискового комсомола.