- Ухожу, Тоня.
Она положила руки на плечи юноше:
- Павлик! Как я понимаю! Я ведь знала, что ты иначе не сможешь…
- А я знал, что ты поймешь, - быстро и обрадованно заговорил Павел, - а все-таки сказать почему-то боялся… Очень уж с матерью трудный разговор был…
- Плачет тетя Даша? - грустно спросила Тоня.
- Конечно… И жаль ее, и не могу иначе. Не могу я спокойно заниматься, когда другие воюют!.. Понимаешь, не могу!
Он вытянул вперед руки, сжал пальцы в кулак, поглядел на них и тихо засмеялся.
- Силы у меня много!.. И вот… - снова смущенно начал он и, помолчав, вдруг решительно поднял голову: - Мне очень важно знать, что ты попрежнему здесь, на нашем прииске, в нашей школе, на той же парте сидишь… Я буду об этом знать, Тоня?
- Ну конечно же! Я стану писать…
И в каждом письме будешь писать, что ждешь меня?