- Почему напрасно?
- Я ведь вас зна-аю, - протянул Павел. - Наверно, собирались, советовались, как помочь, развлечь… Все мне понятно…
Лицо его стало таким грустным, что Тоня подумала: наверно, представил себе собрание, ребят - взволнованных, оживленных… вспомнил, как сам бывало председательствовал…
- А если и так, Павлик? - сказала она твердо, не давая себе расчувствоваться. - Будем говорить начистоту. Ты бы иначе себя вел, если бы не с тобой, а с Андреем Моховым так случилось?
- Так же, наверно, - тихо согласился Павел.
- В том-то и дело! А держишь себя, словно мы чужие…
- Да не чужие, Тоня! Что ты! Свои! Вот, как эта рука моя, свои!
Он так горячо сказал эти слова, что Тоня обрадовалась.
- Вот и хорошо!
- Свои, да! - перебил он. - Но все-таки разговариваю я с вами, как через реку. Издали. Другие вы люди. Не такие, как я.