- Чушь все это! - крикнул он. - Ты что вообразила? Без тебя здесь с работой не справятся?
- Не только в этом дело, папа. Я… я прямо тебе скажу: не хочу уезжать, пока Павел экзамены не сдаст… Я слово даю, что на будущий год поеду в институт. Мне, как медалистке, не страшно год пропустить…
- А, так это Пашка Заварухин тебя уговорил?
- Да он и не знает ничего!.. - пыталась объяснить Тоня.
- Не знает! Так я и поверил! И не говори мне, что ты на будущий год поедешь… Известно, что бывает, когда человек вовремя не сделает дела. Потом жизнь засосет, и прости-прощай все благие намерения! Да что же это такое? - недоумевающим шопотом выговорил Николай Сергеевич. - Нож отцу в спину, вот как это называется!.. Не подходи ко мне! - яростно крикнул он, заметив движение Тони. - Я годами мечтал, что дочь моя высшее образование получит, во сне тебя студенткой видел, а Пашка Заварухин все это одним словом своим разрушил!.. Не оставлю я этого так! Я в комсомольскую организацию пойду. Пусть ему мозги-то вправят! Я ему в лицо скажу!..
- Опомнись, отец! - вмешалась Варвара Степановна. - Ты что, Антонину не знаешь? По ней не видишь, что парень и впрямь не знает ничего? Ты не ему грози, а ее уговаривай.
- Что с ней говорить! С бессовестным человеком говорить разве можно?
Николай Сергеевич поднялся из-за стола. Он был бледен, руки его дрожали.
- Я думал, ученье в пользу ей пойдет, а у нее от книг только дурь в голову бросилась! Чем родителей утешить, помочь им, она на отцовских хлебах сидеть хочет да своего дружка грамоте учить!
- Папа! Стыдно! Стыдно тебе так говорить! - крикнула Тоня со слезами. - Я с тобой посоветоваться хотела, куда мне работать идти, а ты…