Санька в самом деле работал хорошо, но сердить бригадира ему доставляло удовольствие. Если Тоня обиженно замолкала, он недобро щурился и расходился так, что Андрей начинал его останавливать.
Однажды после обеда пошел сильный дождь, и бригада укрылась под ветвями густой ели. Тоня молчала, пока не кончился перерыв, а услыхав гудок, поднялась:
- Не такой уж дождь страшный! Пошли, ребята.
- Скучная картина получается! - сказал Санька, небрежно сплевывая. - То ли дело было в шахте! Сверху не мочит, не дует… Пожалуй, придется обратно попроситься.
- Завтра можешь проситься, а сегодня выходи и работай, - сказала Тоня.
- Да не пори горячку! Кончится дождь - и выйдем.
- А если он до вечера не кончится? Кругом обложило… Сейчас осень, дождя каждый день жди.
- Желающих работать никто не задерживает! Вольному воля, - с холодной насмешкой сказал Маврин.
Тоня в упор посмотрела на парня и вышла из-под навеса. Она спрыгнула в неглубокий еще ствол шахты и начала копать, стараясь успокоиться, но злость на Саньку все разгоралась. Если каждый дождь, каждый снег пережидать, не много они наработают. Осрамится бригада! Вот уже действует Санькино поведение на ребят: никто не вышел вслед за ней.
Наполнив бадейку, она приподнялась, чтобы сообразить, как подать породу на поверхность, но бадья вдруг легко пошла вверх, подхваченная руками Зины. Тонины глаза встретили спокойный взгляд девушки. Сейчас же послышался стук топора.