Непроницаемый мрак окружал ее. Казалось, что она стоит в крохотном свободном пространстве, а со всех сторон нависли тяжелые глыбы породы. Стоит протянуть руку, и она наткнется на мокрый, холодный камень. Он вздрогнет от ее движения и с тяжелым шумом упадет.
Тоня приподняла фонарь. Свободное пространство было гораздо шире, чем ей казалось. Она стояла возле зумпфа, наполненного водой. Вода хлюпала под ногами, сочилась по стенам, но ходить было можно.
- Принимай гостя, золотой горы хозяйка! - весело крикнул Санька.
Она поспешно отодвинулась, давая ему место.
Человеческий голос так отрадно прозвучал в этой гнетущей тишине, что Тоня быстро заговорила, лишь бы услышать ответ:
- Сейчас Андрюшу подождем и всё по порядку посмотрим. Как будто не так плохо, а?
- Еще ничего сказать нельзя… А жутковато, не находишь? - Маврин поежился.
Когда спустился Андрей, все трое медленно двинулись по главному откаточному штреку. В спертом, тяжелом воздухе трудно дышалось. Сырые крепи были покрыты осадком ила, белые нитки плесени, усаженные бисерными капельками воды, свисали с кровли. Расщепленные огнива выгнулись над штреком, торчали поломанные стойки.
- Всю крепь менять надо, - пробормотал Мохов.
- Да, перекрепка полная!